Спортивная мекка
← Конный спорт

Конный спорт: Спортивная мекка

Автор: Лилия БОЙКО
Номер журнала: GM №1(229)2026

В ноябре 2025 года в Саудовской Аравии прошло глобальное спортивное событие, которое осталось сильно вне фокуса внимания конников из России, хотя и для конного спорта там тоже нашлось место. Речь про VI Игры исламской солидарности. В них приняли участие 3500 атлетов из 57 стран, которые соревновались в 23 видах спорта. Среди вполне понятных олимпийских и неолимпийских видов – волейбола, бокса, фехтования, тхэквондо и киберспорта, в программу вошел конкур и совсем уж экзотические для нас скачки на верблюдах. 

Исламская Олимпиада
 
Игры провела Спортивная ассоциация исламской солидарности (Islamic Solidarity Sports Association, ISSA), штаб-квартира которой находится в Эр-Рия­де. Она была учреждена более чем сорок лет назад – в 1985 году под эгидой Организации исламского сотрудничества, но только через двадцать лет – в 2005 году – в Саудовской Аравии прошли первые спортивные Игры. Основателями было задумано, что игры будут проходить с олимпийской циклич­ностью – раз в четыре года. С тех пор они проводились в разных странах, правда четырехлетний цикл удавалось соблюдать не всегда. V Игры 2021 года прошли в турецком городе Конья, а Игры 2017 г. в Баку; Игры 2013 года прошли ни много, ни мало, на Суматре, в городе Патембанг, но порой их приходилось отменять или переносить, прежде всего, по причине политической турбулентности и недостатка финансовых ресурсов, свойственного многим странам-участницам. 
 
 
Кстати, о финансах. Стандартное вознаграждение, которое спортсмены получают от своего государства за победу в Играх исламской солидарности, в основном колеблется между 1 500 и 3 000 долларами. Узбекистан платит своим чемпионам больше – 5000 долларов, а Сингапур – все 10 000. В прессу попали цифры, что президент Азербайджана Ильхам Алиев выделил из бюджета почти 1 000 000 долларов для вознаграждения спортсменов, тренеров и вспомогательного персонала, которые добьются побед в Эр-Рияде. 
 
Несмотря на открытый религиозный подтекст Игр, заявленный в самом их названии, спорт­сменам-участникам совсем не обязательно исповедовать ислам. Соревнования открыты для всех атлетов из стран, которые входят в Ассоциацию. В ней представлены 25 азиатских стран, 27 африканских, а Европу представляют Азербайджан, Албания и Турция. Есть даже Гайана и Суринам, в которых мусульманское население составляет менее 15 процентов. Все экс-советские среднеазиатские республики – тоже члены Ассоциации, однако Российская Федерация, на территории которой проживает около 20 миллионов мусульман, в Ассоциацию не входит.
 
 
_____________________
 
Почему Россия не в игре?
 
Согласно уставу ISSA, членами Ассоциации (с правом делегировать участников на Игры) могут быть только национальные олимпийские комитеты стран, имеющих полноценное членство в Организации исламского сотрудничества (OIC). Это крупнейшая межправительственная организация исламских стран, занимающаяся вопросами политики, экономики, культуры и гуманитарного сотрудничества. В Уставе OIC нет жесткого требования, чтобы ислам был государственной религией в странах-участницах, и в составе организации есть светские государства, где мусульмане не составляют большинство. 
 
Россия входит в OIC, правда, лишь как страна-наблюдатель – в 2005 году она получила этот статус на саммите в Малайзии. За 20 лет со стороны нашего государства не было выражено намерения получить полноценное членство. Кроме России, в наблюдателях числятся Турецкая Республика Северного Кипра, Босния и Герцеговина, Центральноафриканская Республика и Таиланд.
_____________________
 
 
Конкурное золото осталось дома
 
В 2025 году, после двадцатилетнего перерыва, в программу Игр вернулась конная дисциплина – конкур. Предыдущий раз конники соревновались лишь на самых первых Играх, тоже в Саудовской Аравии, в 2005 году. В нынешних состязаниях участвовало 38 спорт­сменов. Любопытно, что заявленную по регламенту квоту на этот вид спорта заполнить не получилось – предполагалось принять 46 участников. Список атлетов выглядел очень по-соседски – они в основном представляли регион: кроме страны-хозяйки, это были Иордания, Катар, Кувейт, ОАЭ и другие. 
 
 
Соревнования проходили на ипподроме Эль-Дженадрия в Риаде. Здесь же, к слову, прошли и скачки на верблюдах. Страны выставили своих лучших всадников, и ожидалось, что основная борьба будет между саудовцами и катарцами. Так, впрочем, и получилось. Золото взял один из лучших саудовских конкуристов Халед Аль-Мобти, который безупречно прошел маршрут, а серебро – шейх Али бин Халид Аль-Тани из Катара.  Бронзовая медаль также досталась спортсмену из Саудовской Аравии Абдулле Аль-Шарбатли. Спортсмены соревновались только в индивидуальном зачете. Соревнования проходили в соответствии с правилами FEI по конкуру.
 
Скачки на верблюдах в 2025 впервые вошли в программу Игр. Было разыграно 4 комплекта медалей: на дистанции 500 и 1200 м среди мужчин и женщин
 
Что-то общее
 
Любопытно, что это не единственные на Ближнем Востоке международные игры, которые проводятся с олимпийской цикличностью. Тут организуются и Игры стран Персидского залива, и Пан-Арабские игры. И, кстати, конный спорт представлен и там, и там.
 
Почему же арабские государства делают ставку на подобного рода мероприятия? Только ли для того, чтобы быть за­­­­меченными мировой спортивной общественностью и подкопить социальный капитал? Возможно, и так, но, несомненно, есть и другая прагматичная сторона. В экономической стратегии развития до 2030 года той же Саудовской Аравии серьезная ставка делается на спорт. Египет в последние годы также сосредоточился на развитии событийного, и в частности, спортивного туризма.
 
Конкурный пьедестал (слева направо): Шейх Али бин Халид Аль-Тани (Катар), Халед Аль-Мобти и Абдулла Аль-Шарбатли (Саудовская Аравия)  
 
Организаторы Олимпийских игр 2024 года в Париже хвастаются рекордной аудиторией, наблюдавшей за спортивными трансляциями. По их подсчетам, зрители провели у экранов свыше 763 миллионов часов, а чистая прибыль, которую получили организаторы, составила 76 миллионов евро. Именно поэтому несколько международных спортивных объединений делают ставку на развитие мультивидовых спортивных состязаний, проводимых раз в четыре года, в перерывах между Олимпиадами. Кроме перечисленных, это и Всемирные военные игры, о которых мы в «Золотом Мустанге» писали ранее, и Маккабиада (турнир, где участвуют этнические евреи из разных стран), и Игры стран Содружества, и Азиада, и Азиатские игры в закрытых помещениях, и Панамериканские игры. 
 
Многие из этих соревнований сталкиваются с организационными и финансовыми трудностями. Не всегда удается соблюсти четырехлетнюю периодичность, но все же все они представляют собой довольно заметные спортивные события.
 
Символ Игр, Финжаал, представляет собой традиционную арабскую чашку для кофе
 
Международные старты
 
Похоже, что вдохновленные финансовым успехом Игр в Париже, а также Юношеских олимпийских игр, прошедших в 2018 году в Буэнос-Айресе, у организаторов Игр мусульманской солидарности «появился аппетит» вывести их на новый планетарный уровень, и они всерьез взялись за организационную реструктуризацию и репозиционирование Игр. Уже многое сделано. Например, есть договоренности о глобальной трансляции, что означает дополнительные дивиденды. До предыдущего года трансляция ложилась на плечи локальных вещателей в стране-хозяйке. 
 
Среди трудностей, которых немало и которые еще придется преодолеть, во-первых, составление расписания, которое устроит и супервостребованных атлетов, и публику, и организаторов. Во-вторых, не все страны-участницы готовы уделять большое внимание спорту и платить за это. Также не все страны, входящие в Ассоциацию исламской солидарности, ладят друг с другом на политическом уровне (разгоревшийся уже в марте 2026 года военный конфликт в Персидском заливе – тому подтверждение). Во многих странах, которые и хотели бы провести у себя Игры, нет надлежащей инфраструктуры. Об инфраструктуре сейчас вообще много говорят в контексте международных соревнований – это болевая точка для всего большого спорта. Ее отсутствие является препятствием для проведения соревнований высокого уровня, а ее наличие требует колоссальных вложений на строительство и последующее содержание.
 
 
Для нашего спорта, безусловно, самой болевой точкой сегодня является отсутствие наших спортсменов на самых значимых международных стартах. Это непременно обернется серьезным выпадением наших спортсменов из международного контекста и осязаемому снижению их уровня. Трудно судить, насколько реалистично участие наших атлетов в перечисленных выше соревнованиях, которые призваны поддерживать уровень спорта между олимпиадами, но, если наши спортсмены в прошлом году участвовали, причем с флагом и гимном, в чемпионате мира по конкуру среди военнослужащих, то весьма вероятно, что не все потеряно.
 
Наши спортсмены, конники (и неконники), должны иметь возможность показывать результаты, к которым они идут всю жизнь, результаты, оплаченные потом и кровью. В любом статусе – мы-то как раз разделяем политику и спорт.